Двойная баллада

Double ballade

Авторы переводов:
Текст оригинала

Pour ce, aimez tant que voudrez,
Suivez assemblées et fêtes,
En la fin ja mieux n'en vaudrez
Et n'y romperez que vos têtes;
Folles amours font les gens bêtes:
Salmon en idolatria,
Samson en perdit ses lunettes.
Bien heureux est qui rien n'y a!

Orpheüs le doux ménétrier,
Jouant de flûtes et musettes,
En fut en danger du meurtrier
Chien Cerbérus à quatre têtes;
Et Narcissus, le bel honnêtes,
En un parfond puits se noya
Pour l'amour de ses amourettes.
Bien heureux est qui rien n'y a!

Sardana, le preux chevalier
Qui conquit le règne de Crètes,
En voulut devenir moulier
Et filer entre pucelettes;
David le roi, sage prophètes,
Crainte de Dieu en oublia,
Voyant laver cuisses bien faites.
Bien heureux est qui rien n'y a!

Amon en vout déshonourer,
Feignant de manger tartelettes,
Sa soeur Thamar et déflourer,
Qui fut chose mout déshonnêtes;
Hérode, pas ne sont sornettes,
Saint Jean-Baptiste en décola
Pour danses, sauts et chansonnettes.
Bien heureux est qui rien n'y a!

De moi, pauvre, je veuil parler:
J'en fus battu comme à ru teles,
Tout nu, ja ne le quiers celer.
Qui me fit mâcher ces groselles,
Fors Catherine de Vaucelles?
Noël, le tiers, ait, qui fut la,
Mitaines à ces noces telles!
Bien heureux est qui rien n'y a!

Mais que ce jeune bacheler
Laissât ces jeunes bachelettes?
Non ! et le dût-on brûler
Comme un chevaucheur d'écouvettes.
Plus douces lui sont que civettes;
Mais toutefois fol s'y fia:
Soient blanches, soient brunettes,
Bien heureux est qui rien n'y a!

Примечание: Эту форму Вийон использует лишь единожды: шесть восьмистиший с единым рефреном, при этом без «посылки» в конце.

Переводы

Юрий Корнеев

Двойная баллада

Блуди, гуляй, коль хватит сил,
И летом, и зимой студеной,
Но помни, что б ты ни творил:
Нет дурня хуже, чем влюбленный.
Страсть оглупляла Соломона,
Из-за нее ослеп Самсон,
В обман Далилою введенный.
Счастливец тот, кто не влюблен!

Когда певец Орфей ходил
За Эвридикой в ад бездонный,
Его едва не проглотил
Пес Цербер, этим разъяренный.
Нарцисс, самим собой плененный
Красив он был, да неумен, -
Свалился в ключ незамутненный.
Счастливец тот, кто не влюблен!

Сарданапал, что Крит смирил,
Сменить, бабенкой одуренный,
Свой пол по прихоти решил
И прял, по-женски обряженный.
Атласом ляжек распаленный,
Забыл Давид, что должен он
Блюсти Господние законы.
Счастливец тот, кто не влюблен!

Отец Фамари поручил
Напечь лепешек для Амнона,
И чести тот сестру лишил,
Желанием воспламененный.
На что был Ирод царь смышленый,
А все ж Креститель им казнен
В угоду девке развращенной.
Счастливец тот, кто не влюблен!

Скажу я про себя: я был
Бит, словно прачкой холст беленый,
За то, что спьяну нагрубил
Катрине де Воссель взбешенной;
Ноэль же, ею приглашенный,
Следил, как, бос и оголен,
Домой бежал я, пристыженный.
Счастливец тот, кто не влюблен!

Но остудить мой плотский пыл
Не смог урок преподнесенный,
И если б даже мне грозил
Костер, как ведьме уличенной,
Грешил бы все ж я беспардонно,
Не веря ни одной из жен:
Они всегда к коварству склонны.
Счастливец тот, кто не влюблен!

Примечания:

Катрина де Воссель - роковая женщина Вийона, проживавшая вблизи церкви св. Бенедикта, из-за которой, по его словам, он убил напавшего на него клирика Филиппа Сермуаза.
Ноэль Жоли - вероятный соперник поэта, Ноэль Красавчик. Сам же Вийон красотою не блистал и к внешности своей относился подчеркнуто иронически.



Феликс Мендельсон

Двойная баллада о любви

Люби, покуда бродит хмель,
Гуляй, пируй зимой и летом,
Целуй красоток всех земель,
Но не теряй ума при этом
Влюбленного глупее нету:
Рабом любви был Соломон,
Самсон от чувств невзвидел света, –
Как счастлив тот, кто не влюблен!

Орфей, печальный менестрель,
Покорный глупому обету,
Сошел, дудя в свою свирель,
В Аид из-за любви к скелету;
Нарцисс – скажу вам по секрету:
Красив он был, да не умен! –
Свалился в пруд и канул в Лету.
Как счастлив тот, кто не влюблен!

Еще позорней сел на мель
Сарданапал, владыка света:
Он ради женщин колыбель
Качал, девицею одетый;
Давид, желаньем подогретый,
Сверканьем ляжек ослеплен,
Забыл скрижали и заветы, –
Как счастлив тот, кто не влюблен!

Амнон, избрав поближе цель,
Сестру Тамару для совета
Призвал и, затащив в постель,
Лишил там девственного цвета;
Под звуки сладостных куплетов
Был Иродом Иоанн казнен
Из-за язычницы отпетой, –
Как счастлив тот, кто не влюблен!

Меня ж трепали, как кудель,
Зад превратили мне в котлету!
Ах, Катерина де Воссель
Со мной сыграла шутку эту.
Хотел призвать ее к ответу,
Но кто слыхал мой плач и стон?
Ноэль? Он куплен за монету.
Как счастлив тот, кто не влюблен!

Слова, слова! Школяр, ужель
Оставишь ты свою Жанетту?
Скорей в кипящую купель
Нырнёт, подставит грудь стилету
Или, по злобному навету,
Как ведьма, будет он сожжен
За всех блондинок и брюнеток!
Как счастлив тот, кто не влюблен!



Юрий Кожевников

Двойная баллада

Пускай кружат вас увлеченья,
Пусть праздник, карнавал гремит,
Оно наступит, пресыщенье,
Ведь голова у всех болит.
Страсть даже мудрых оглупит:
Сам Соломон с умом расстался,
Самсон, ослепший, с толку сбит, –
Блажен, кто страсти не поддался.

Пастух Орфей, любитель пенья
И флейты, низошел в Аид,
Где у ворот для устрашенья
Четырехглавый пес сидит.
Нарцисс, тот в воду все глядит,
Он так собой залюбовался,
Что, глядь, и сам водой покрыт, –
Блажен, кто страсти не поддался.

Сарданапал, в свои владенья
Преобразивший даже Крит,
Влюбившись, в женском облаченье
Средь юных дев и сам парит.
Пророк мудрейший, царь Давид,
Босою ножкой так прельщался,
Что даже Бог бывал забыт, –
Блажен, кто страсти не поддался.

Позорное кровосмешенье
Амнон, несчастный содомит,
Свершил в порыве вожделенья:
С Фамарь, родной сестрой, накрыт,
За что и сам он был убит.
С главой Креститель распрощался,
Поскольку Ирод пляски чтит, –
Блажен, кто страсти не поддался.

За любострастное влеченье
И я, бедняга, был избит,
Как холст вальком, без сожаленья.
Катрин Воссель за весь мой стыд
Ответить, верно, надлежит.
В тот миг Ноэль там оказался,
Он плакать был готов навзрыд, –
Блажен, кто страсти не поддался.

Ужели юношу презренье
От юной девы отвратит?
Тому не быть! Пусть хоть сожженье
Ему, как колдуну, грозит,
Ведь девы слаще, чем бисквит,
Хоть каждый в дураках остался,
Кого прельщал их внешний вид, –
Блажен, кто страсти не поддался.

Примечания:

Четырехглавый пес - Вийон прибавляет Церберу лишнюю голову, видимо, для пущего устрашения.
Катрин Воссель - фам фаталь Вийон; по догадке Е. Витковского, на пикардийском наречии "воссель" означало "ложбинку" женского тела, так что вполне возможно, что это прозвище.



Геннадий Зельдович

Двойная баллада

Гуляй-распутствуй напрожег,
Хлебай любовного угара —
Но помни, что назначен срок
И общая настигнет кара.
Сие преданье очень старо;
Про то поется Песнь Песней,
С того Самсон лишился дара:
Судьба к безлюбому добрей!

А вот еще Орфеев рок,
Его любовь, его кифара:
Себя от Цербера сберег
За-ради пекляного шквара.
Нарцисс однажды с крутояра
Сошел и глянулся в ручей —
Да выпил смертного отвара:
Судьба к безлюбому добрей!

Сардан от страсти изнемог;
Пуглив, как овчая отара,
За ткацкий он засел станок —
И сгинул в пламени пожара.
Давид хватил того отвара,
Когда царя среди царей
Смутила белых лядвий пара.
Судьба к безлюбому добрей!

А вот еще один припек:
Сия библейская Тамара,
Какую в ложе заволок
Амнон, страдающий от жара;
Хоть молвят много тарабара,
Казнил Крестителя злодей,
Когда любви накрыла хмара.
Судьба к безлюбому добрей!

И сам я, глупый сосунок,
Зазнал подобного кошмара:
К Катрин бежал, не чуя ног,
А в благодарность злая шмара
Меня гнала из будуара;
Теперь Ноэль ее лакей,
Достойный этого товара.
Судьба к безлюбому добрей!

Пускаться надо наутек,
Как от расплавленного вара;
Но если ты уже ездок,
Об землю не страшись удара.
В охотку пьется эта чара,
Да помни на остаток дней:
Простая девка иль темняра —
Судьба к безлюбому добрей!