Баллада поэтического состязания в Блуа

Ballade du concours de Blois

Авторы переводов:
Текст оригинала

Je meurs de seuf auprès de la fontaine,
Chaud comme feu, et tremble dent à dent;
En mon pays suis en terre lointaine;
Lez un brasier frissonne tout ardent;
Nu comme un ver, vêtu en président,
Je ris en pleurs et attends sans espoir;
Confort reprends en triste désespoir;
Je m'éjouis et n'ai plaisir aucun;
Puissant je suis sans force et sans pouvoir,
Bien recueilli, débouté de chacun.

Rien ne m'est sûr que la chose incertaine;
Obscur, fors ce qui est tout évident;
Doute ne fais, fors en chose certaine;
Science tiens à soudain accident;
Je gagne tout et demeure perdant;
Au point du jour dis: "Dieu vous doint bon soir!"
Gisant envers, j'ai grand paour de choir;
J'ai bien de quoi et si n'en ai pas un;
Echoite attends et d'homme ne suis hoir,
Bien recueilli, débouté de chacun.

De rien n'ai soin, si mets toute ma peine
D'acquérir biens et n'y suis prétendant;
Qui mieux me dit, c'est cil qui plus m'ataine,
Et qui plus vrai, lors plus me va bourdant;
Mon ami est, qui me fait entendant
D'un cygne blanc que c'est un corbeau noir;
Et qui me nuit, crois qu'il m'aide à pourvoir;
Bourde, verté, aujourd'hui m'est tout un;
Je retiens tout, rien ne sait concevoir,
Bien recueilli, débouté de chacun.

Prince clément, or vous plaise savoir
Que j'entends mout et n'ai sens ne savoir:
Partial suis, à toutes lois commun.
Que sais-je plus? Quoi? Les gages ravoir,
Bien recueilli, débouté de chacun.

Примечание: Написана в 1458 г. в Блуа при дворе герцога и поэта Карла Орлеанского (1394-1465)

Переводы

Юрий Корнеев

Баллада поэтического состязания в Блуа

У родника от жажды я стенаю;
Хочу сказать: "Прощай!" - кричу: "Привет!"
Чужбина для меня - страна родная.
Надеюсь там я, где надежды нет;
Хулу нежданно шлю хвале вослед;
Лишь тем одушевляюсь, что мертво;
Смеюсь сквозь слезы бог весть отчего.
Студь жжет меня, жара бросает в дрожь.
Нагой, как червь, я славлю щегольство,
Отвсюду изгнан и повсюду вхож.

В бесспорное я веры не питаю;
За явь охотно принимаю бред;
Случайность неизбежностью считаю;
Где разрешенье есть, блюду запрет.
Что всем знакомо - для меня секрет.
Хотя мое бесчисленно родство,
Наследства я не жду ни от кого;
С любым играю, не любя картеж;
С крыльца сойдя, боюсь упасть с него,
Отвсюду изгнан и повсюду вхож.

Транжира я, хоть скупостью страдаю;
Мню тех друзьями, кто чинит мне вред;
Спасаюсь бегством, если побеждаю;
Скорблю о пораженьях в дни побед.
Ворона в белый, лебедь в черный цвет
Окрашены для глаза моего.
Кто груб со мной, тот мне милей всего.
Не различаю правду я и ложь,
С учтивостью мешаю озорство,
Отвсюду изгнан и повсюду вхож.

Не скрою, милосердный принц, того,
Что, зная все, не знаю ничего,
Живу с людьми и на отшибе все ж,
Пекусь о многом, алчу одного,
Отвсюду изгнан и повсюду вхож.



Наталия Стрижевская

Баллада поэтического состязания в Блуа

От жажды умираю над ручьем,
Своим глазам не верю, верю в сны,
Везде пройду и всюду ни при чем,
Найду брильянт, не знаю им цены,
Мне прописные истины темны,
От счастья плачу и смеюсь со зла,
Мне горек мёд и приторна зола,
Судьбу кляну, но не прошу другой,
Мой дом весь мир, нет у меня угла,
Я всюду дома и везде изгой.

Мне белый лебедь кажется грачом,
Средь бела дня гляжу на серп луны,
Теряя, не жалею ни о чем,
На солнце зябну, летом жду весны,
Тих как ягнёнок, хуже Сатаны,
Я в поле сыт, голоден у стола.
Мне лёгок пуд, пушинка тяжела,
Иду к врагам, к любимой - ни ногой,
Нищ как Иов, богаче короля,
Я всюду дома и везде изгой.

Меня в рай не заманишь калачом,
Один как перст, жду помощи родни,
Беседую с глухим о том о сём,
Лет не считаю, а считаю дни,
Сам на себя смотрю со стороны,
Мне окрик мил, и брань мне похвала,
Хожу под снегом в чем мать родила,
Грублю князьям, сгибаюсь пред слугой,
У мертвеца спрошу я " Как дела? "
Я всюду дома и везде изгой.

Принц, я не отделю добро от зла,
Мне тесен свет и вся земля мала,
Я венчан лаврами, бит кочергой,
Я бог иль червь? Царь или тля?
Я всюду дома и везде изгой.



Юрий Кожевников

Баллада (написанная для состязания в Блуа)

У родника я жажду в летний зной,
Я лязгаю зубами в огневице,
В своей стране – я на земле чужой,
Зимой в лесу костром не стопиться.
Я гол, как червь, одетый в багряницу,
Жду без надежды и смеюсь сквозь стон,
В покоях пышных скукою сражен,
Среди веселья жду, что слезы хлынут,
Могучий, я бессилен, как Самсон,
Я всеми принят и всегда отринут.

Все постоянство в зыбкости одной,
Все смутно пред глазами очевидца.
Я сомневаюсь в истине простой,
Я, лежа на земле, боюсь свалиться.
Едва проснусь, ночь наяву мне снится.
Наукой правит случай, не закон,
Весь выигрыш я ставлю вновь на кон,
Наследства жду от тех, кто грош не вынут.
Я все имею и всего лишен,
Я всеми принят и всегда отринут.

К чему мне заниматься суетой,
Когда добычи не хочу добиться.
Кто громко хвалит, тот насмешник злой,
Кто режет правду – обмануть стремится.
Друг истинный поможет убедиться,
Что лебеди всегда черней ворон.
Кто пакостит, мне помогает он.
Я помню все, но смысл из знанья вынут,
Мне ложь и правда на один фасон,
Я всеми принят и всегда отринут.

Принц милосердный, знайте, что закон
Земной я чту с тех пор, как был рожден,
Но к мудрости я знаньем не подвинут.
Что нужно знать мне? Как достать дублон.
Я всеми принят и всегда отринут.

Примечания:

Существует несколько баллад, написанных на том поэтическом состязании, в т.ч. пера Жана Робертэ и Карла Орлеанского.



Илья Эренбург

Баллада поэтического состязания в Блуа

От жажды умираю над ручьем.
Смеюсь сквозь слезы и тружусь, играя.
Куда бы ни пошел, везде мой дом,
Чужбина мне - страна моя родная.
Я знаю все, я ничего не знаю.
Мне из людей всего понятней тот,
Кто лебедицу вороном зовет.
Я сомневаюсь в явном, верю чуду.
Нагой, как червь, пышней я Всех господ.
Я всеми принят, изгнан отовсюду.

Я скуп и расточителен во всем.
Я жду и ничего не ожидаю.
Я нищ, и я кичусь своим добром.
Трещит мороз - я вижу розы мая.
Долина слез мне радостнее рая.
Зажгут костер - и дрожь меня берет,
Мне сердце отогреет только лед.
Запомню шутку я и вдруг забуду,
Кому презренье, а кому почет.
Я всеми принят, изгнан отовсюду.

Не вижу я, кто бродит под окном,
Но звезды в небе ясно различаю.
Я ночью бодр, а сплю я только днем.
Я по земле с опаскою ступаю,
Не вехам, а туману доверяю.
Глухой меня услышит и поймет.
Я знаю, что полыни горше мед.
Но как понять, где правда, где причуда?
А сколько истин? Потерял им счет.

Я всеми принят, изгнан отовсюду.
Не знаю, что длиннее - час иль год,
Ручей иль море переходят вброд?
Из рая я уйду, в аду побуду.
Отчаянье мне веру придает.
Я всеми принят, изгнан отовсюду.



Алексей Ларин

Баллада поэтического состязания в Блуа

Над родником от жажды умираю,
Как жар, горяч – и как щенок, дрожу.
Свой край родной чужбиной называю
И зябну, коль на угольях лежу.
Гол как сокол, а гоголем хожу.
В слезах смеюсь и жду, хоть ждать не след.
Восторг и радость черпаю из бед.
От горя рот растянут до ушей.
Я верх беру, не ведая побед.
Мне всюду рады, все меня взашей.

Сполна лишь зыбкой дымке доверяю
И лишь во тьме предметы разгляжу.
Я только в верных веру и теряю».
И в болтовне ученость нахожу.
Я выигрыш в руках не удержу.
Я ночи жду, коль на востоке свет.
Упасть боюсь, а сам – червям сосед.
Нет ни гроша, хоть слышен звон грошей,
Наследства жду, хоть родственников нет
Мне всюду рады, все меня взашей.

Все трын-трава мне, чаянье питаю
Найти подход к большому платежу.
Я благозвучным вой котов считаю,
Считаю крайне искренним ханжу.
Я только с тем навеки и дружу,
Кто называет черным белый цвет.
Мне тот помог, кем я в ночи раздет.
Мне все едино – ложь ли, правду шей.
На всех плюю, блюду любой совет.
Мне всюду рады, все меня взашей.

О принц, вниманьем вашим я согрет.
Что слышал я? Неведом мне ответ.
Я глух, но лучше всяких сторожей.
Чем я живу? Надежды ярок свет.
Мне всюду рады, все меня взашей.



Валерий Перелешин

Баллада поэтического состязания в Блуа

Близ родника от жажды умираю,
В ознобе бьюсь, в горячечном огне;
В краю своем в изгнанье изнываю,
И холодно вплотную к печи мне.
Я гол, как червь, и в лучшем полотне.
Изверившись, под смех я слезы прячу
И нахожу в отчаянье удачу.
Я весельчак, но радости лишен.
Я, удалец, в бессилье силы трачу:
Ведь мил я всем – и каждым обойден.

Мне ясно то, о чем я сам не знаю,
Загадочно – бесспорное вполне:
Сомненьями я правду подрываю,
Чтоб истина рождалась, как во сне.
Что найдено – теряется вдвойне;
Час утренний я в ночь переиначу;
Боясь упасть с постели, чуть не плачу;
Зажиточный, я в мелочи стеснен;
Наследства жду – к безродности в придачу:
Ведь мил я всем – и каждым обойден.

Беспечнейший, богатства я желаю,
Чтоб от него держаться в стороне;
Любезному не верю краснобаю,
От честного не жду границ брехне;
Дивится друг вороньей белизне,
И лебеди чернеют наудачу.
Я недруга в друзья себе назначу.
Ложь, истина? Их спор не разрешен.
Я помню все – и попусту судачу:
Ведь мил я всем – и каждым обойден.

Добрейший князь, и вас я озадачу:
Совсем не глуп, а ничего не значу,
Бунтующий, к безропотным причтен.
Мне ростовщик покроет недостачу:
Ведь мил я всем – и каждым обойден.



Владимир Жаботинский

Баллада поэтического состязания в Блуа

Я у ручья томлюсь, палимый жаждой;
Огнем горю, от стужи трепеща,
На родине, где звук и вид мне каждый
Далек и чужд. Лохмотья и парча;
Гол, как червяк, в одежде богача.
В слезах смеюсь. Хочу лучей и грома.
Жду новизны, что мне давно знакома,
И радуюсь, съедаемый тоской.
Я всемогущ, бессильный, как солома;
Я званый гость у всех, для всех изгой.

Я убежден лишь в том, что непонятно,
И только то, что явно, мне темно.
Мне кажется обычным, что превратно;
Сомнительным, что ведомо давно.
Всегда везет – а счастья не дано.
«Настала ночь», – шепчу я на рассвете.
Страшусь упасть, лишь лягу на покой.
Вельможный мот, голодный и скупой,
Наследник царств, которых нет на свете,
Я званый гость у всех, для всех изгой.

Гонюсь за всем, что только взор увидит, –
И не хочу, постыло все вокруг.
Кто доброе мне скажет, тот обидит;
Кто подтолкнет на гибель – лучший друг.
Кто мне солгал, что топь – укромный луг,
Что ворон злой есть лебедь благородный,
Тот будет мне наставник путеводный.
Ложь для меня лишь правды лик другой.
Все видя, слеп. Творю, навек бесплодный.
Я званый гость у всех, для всех изгой.

Принц, это все, конец моей балладе
О неуче под грузом книжной клади,
О барине, родившемся слугой;
А смысл ее? Подайте Христа ради –
Я званый гость у всех, для всех изгой.



Сергей Петров

Баллада поэтического состязания в Блуа

Я у ручья от жажды умираю,
В горячке от озноба колочусь,
На зное я от стужи изнываю,
На родине, как на чужбине, бьюсь.
Гол как сокол, а важен, точно туз,
Смеюсь от слез и бегаю ползком,
Жду без надежды, щедрый скопидом,
И выгода бывает мне невпрок,
И радуюсь, оставшись ни при чем.
Везде я гость, гонимый за порог,

Лишь несусветицу я понимаю,
Но истин очевидных не держусь.
Я доверяю только негодяю,
На слово доброе всегда сержусь.
От выигрышей скоро разорюсь,
В казне своей и грош найду с трудом.
Боюсь упасть, когда лежу ничком,
Я с чистой совестью люблю порок,
И, утро величая вечерком,
Везде я гость, гонимый за порог.

Я беззаботно рук не покладаю –
Урвать кусок, за коим не гонюсь.
Владыка, я ни с чем не совладаю,
И походя наукам предаюсь.
И только с тем, как с другом, я вожусь,
Кто мне подменит скакуна одром.
Зову к себе врага и вора в дом,
А правде от меня за ложь попрек.
Все помню, но не толком и добром.
Везде я гость, гонимый за порог.

Принц! Я дружу с людьми особняком,
Законам – друг, но с ними не знаком.
Заклад вернуть уже приходит срок.
Не стал я, много зная, знатоком.
Везде я гость, гонимый за порог.



Геннадий Зельдович

Баллада поэтического состязания в Блуа

В моем ручье песок, а не вода;
Я легче ветра, на подъем тяжел;
Мне сторона родимая чужда;
В темнице я покой себе нашел;
Я разодет, я по-червячьи гол;
С улыбкой плачу, без надежды жду;
Мне голодно, где подали еду;
Мне холодно, где теплится очаг;
Учуяв след, я медлю на следу,
Желанный гость, отверженный чужак.

Сомненьями душа моя тверда;
Гляжу наверх, а вижу только дол;
Я верую, не веря никогда;
Я нехотя свершаю произвол;
Все съединив, я учиню раскол;
Я стукнусь в двери — и тотчас уйду;
Когда лежу, боюсь, что упаду;
Топчась на месте, я проворю шаг;
С волком хорош, с людьми я не в ладу,
Желанный гость, отверженный чужак.

Я, победив, сгораю со стыда;
Я потерял все то, что приобрел;
Мне молвят "нет" — и слышится мне "да";
А истина родится из крамол;
Кому вороной кажется орел,
В таком безумце мудреца найду;
Кто помогал, втравил меня в беду;
Мне все едино, ибо все не так;
Я слеп к тому, что прямо на виду,
Желанный гость, отверженный чужак.

О принц, в каком изволите году
Язык я общий с мертвыми найду;
Я розен, я со всеми одинак;
Скостить словес ненужную чреду —
Желанный гость, отверженный чужак.



Аркадий Застырец

Баллада состязания в Блуа

Я при смерти от жажды — над водой
И от жары дрожу, стуча зубами;
Живу в родном краю земли чужой
И зябну у костра, чуть вспыхнет пламя;
Нагой как червь, разубранный шелками,
В слезах смеюсь и без надежды жду;
Отрада мне — попавшему в беду;
Источник наслаждения — изжога;
Я все могу с бессильем наряду,
Желанный гость не далее порога.

В сомнительном ручаюсь головой;
Запутан очевидными делами;
По мне длинней любого путь прямой;
Я поумнел от столкновенья лбами;
Кому продул, те в проигрыше сами;
Наследник без кого-либо в роду;
Ничком лежать — боюсь, что упаду;
С рассветом добрых снов прошу у Бога;
Большой богач с прорехой на заду,
Желанный гость не далее порога.

Беспечен и в заботах день-деньской,
Чтоб овладеть ненужными правами;
Кто сладко говорит — мучитель мой;
Обманут я правдивыми словами;
А с теми, кто считает лебедями
Ворон — я только дружбу и веду;
Как помощи, я радуюсь вреду;
Умно, темно – запутался немного...
Но рассуждаю здраво, как в бреду,
Желанный гость не далее порога.

Мой Принц, я постигаю на ходу
Премудрости, с наукой не в ладу,
Сам по себе, но службой связан строго.
Ну что еще? Не двигаясь, иду,
Желанный гость не далее порога.