Вопрос привратнику тюрьмы Шатле (Баллада об апелляции)

Question au clerc du Guichet (Ballade de l'appel)

Авторы переводов:
Текст оригинала

Que vous semble de mon appel,
Garnier? Fis-je sens ou folie?
Toute bête garde sa pel;
Qui la contraint, efforce ou lie,
S'elle peut, elle se délie.
Quand donc par plaisir volontaire
Chantée me fut cette homélie,
Etoit-il lors temps de moi taire?

Se fusse des hoirs Hue Capel
Qui fut extrait de boucherie,
On ne m'eût, parmi ce drapel,
Fait boire en cette écorcherie.
Vous entendez bien joncherie?
Mais quand cette peine arbitraire
On me jugea par tricherie,
Etoit-il lors temps de moi taire?

Cuidiez-vous que sous mon capel
N'y eût tant de philosophie
Comme de dire: "J'en appel?"
Si avoit, je vous certifie,
Combien que point trop ne m'y fie.
Quand on me dit, présent notaire :
"Pendu serez!" je vous affie,
Etoit-il lors temps de moi taire?

Prince, se j'eusse eu la pépie,
Piéça je fusse où est Clotaire,
Aux champs debout comme une épie.
Etoit-il lors temps de moi taire?

Примечание: Написано, видимо, в тюрьме Шатле, непосредственно перед освобождением.

Переводы

Юрий Корнеев

Баллада об апелляции, или вопрос привратнику тюрьмы Шатле

Гарнье, ну что тебя гнетет?
Не апелляция моя ли?
Но даже зверь плененный рвет
Сеть, коею его поймали.
Меня же так к стене прижали,
Что удержаться от проклятья
Святой – и тот бы смог едва ли.
Неужто должен был молчать я?

К Капету-мяснику свой род
Мы возводить не помышляли.
Вот пыткам, раз я нищеброд,
Меня в Шатле и подвергали,
И столько дел мне навменяли,
Что образцом лицеприятья
В моих глазах все судьи стали.
Неужто должен был молчать я?

Ты мнил, на ум мне не придет
Тем, кто сгубить меня мечтали,
Дать по заслугам укорот?
Не на таковского напали!
Чуть приговор мне прочитали,
Неправый до невероятья,
Решил бороться я и дале.
Неужто должен был молчать я?

Останься нем я, принц, как ждали
Те, кому то было б кстати,
Мой труп давно б уж закопали…
Неужто должен был молчать я?

Примечания:

Этьен Гарнье – привратник в Шатле, который вел регистрационную книгу узников. Вийон, вопреки его совету, подал на апелляцию и добился отмены смертной казни.
Капет-мясник – по преданию, отец Гуго Капета (ок. 938 - 996), короля Франции с 987 г. и основателя династии Капетингов, происходил от мясника.



Юрий Кожевников

Вопрос к тюремному надзирателю

Ты с чем мое прошение сравнил?
Гарнье, его ты бредом посчитал?
И зверь за шкуру бьется что есть сил,
Но, даже и сраженный наповал,
Зубов хранит он яростный оскал.
Когда мне стали проповедь читать
За все грехи, которых не свершал,
Как можно было мне тогда смолчать?

Когда б в родстве с Гуго Капетом был,
Что из мясных рядов да в тронный зал,
Я б здесь, на живодерне, не тужил
И воду сквозь тряпицу не глотал, –
Тебе понятно, что я испытал?
Но коль взялись к тому же шельмовать,
Вот тут-то я терпеть и перестал –
Как можно было мне тогда смолчать?

Когда я апелляцию строчил,
Ни здравый смысл, ни ум не ночевал
Под шляпой у меня, – ты так решил?
Поверь, я в полном здравье пребывал
И лучше состояния не знал,
Но неожиданно пришлось мне услыхать:
«К повешенъю!»– судья пробормотал,
Как можно было мне тогда смолчать!

Принц, если б за зубами я держал
Язык, давно немым пришлось бы стать,
Среди полей я б пугалом торчал.
Как можно было мне тогда смолчать!



Феликс Мендельсон

Баллада-обращение к тюремному сторожу Гарнье

после того, как Вийон добился отмены смертного приговора

Ты что, Гарнье, глядишь так хмуро?
Я прав был, написав прошенье?
Ведь даже зверь, спасая шкуру,
Из сети рвется в исступленье!
А мне такое песнопенье
Пропели, что ни сесть ни встать, –
Святой бы вышел из терпенья!
Скажи-ка, мог ли я молчать?

За то, что в честность верил сдуру,
Я осужден без преступленья.
Ты понимаешь процедуру
Такого судоговоренья?
Раз ты бедняк и, без сомненья,
Капету-мяснику не зять, –
Не жди от судий сожаленья!
Скажи-ка, мог ли я молчать?

Ты думал, раз ношу тонзуру,
Я сдамся без сопротивленья
И голову склоню понуро?
Увы, утратил я смиренье!
Когда судебное решенье
Писец прочел, сломав печать:
«Повесить, мол, без промедленья», –
Скажи-ка, мог ли я молчать?

Принц, если бы молчал, как пень, я,
Давно бы, Клотарю под стать,
Бродил в аду бесплотной тенью, –
Скажи-ка, мог ли я молчать?